Диалог про "элиту"
- Нет, ну вот скажи, ну почему мы за двадцать лет не слышали ни одной истории о том, как внезапно разбогатевший человек сделал что-то хорошее для страны? Ведь это ж наша так называемая новая элита, а элита имеет ряд обязанностей перед страной, в которой смогла так неслабо подняться. А?
- Да вопрос твой риторический, ты же сам на него ответ знаешь. Потому что нет у нас никакой элиты, а есть просто люди, дорвавшиеся до денег. И, заметь, далеко не всегда честно. Это мягко говоря. Ну и от кого там ты хочешь национального самосознания? От вчерашнего вора, который сегодня открыл сеть магазинов и думает, что легализовался? Или от генерала, сдавшего в металлолом сколько-то там единиц техники и построившего себе особняк силами пацанят из своей части? Которым он не то что не заплатил, а даже пайку не увеличил. Вот и получается, что носители «элитарной ментальности» если и остались ещё, то сидят себе ровно, нищие но гордые. А наверху плавает и купается в лучах полуденного Солнца строго то, что не тонет.
Сферу философии в этом всемирно-гражданском значении можно подвести под следующие вопросы:
«Пером и штыком!». Именно так всегда считали своим долгом служить Отечеству и Русскому миру русские писатели и поэты 
Каждое Мировоззрение содержит в себе определённый набор ментальных установок, кажущаяся самоочевидность которых настолько велика, что они даже не проговариваются, а просто имеются ввиду как безусловно и стопроцентно само собой разумеющиеся.
Получать удовольствие от исполнения добра для христианина естественно...
В океане несправедливости и унижения, в который окунули русских, эксцессы неизбежны, и любой нормальный инородец это отчетливо осознает (должен осознавать).
Сейчас стало модным считать любые сомнения в стосоракашестипроцентной тысячелетней православности русского народа эдакой отрыжкой советского безбожия, задами большевицкого агитпропа. Мальчики и девочки, которых их партийные и комсомольские мамы крестили тридцать лет тому назад, «потому что Сидоровы со второго этажа свою Танечку крестили, и Петровы с пятого своего Серёжу, а мы чего – рыжие?», ну и изредка ещё «чтоб не сглазили», и которые теперь несут к купели собственных малышей в святой убежденности, что их семья всегда была православной, охотно этому верят.
Итак, в Московском Ордена Трудового Красного Знамени инженерно-физическом институте открывается кафедра теологии. Это очередной удар по отечественной культуре, науке и образованию, очередной эпизод общей деградации страны, дегуманизации общества и оболванивании народа. Это решение - позор для руководства МИФИ и лично для господина Стриханова. Самое малое, в чем можно упрекнуть участников этого позора – это в подмене честного разговора откровенным словоблудием.
"Слово "свободный" в новоязе осталось, но его можно было использовать лишь в таких высказываниях, как "свободные сапоги", "туалет свободен". Оно не употреблялось в старом значении "политически свободный", "интеллектуально свободный", поскольку свобода мысли и политическая свобода не существовали даже как понятия, а следовательно, не требовали обозначений. "